Так ли счастливы жители Индии, как пытаются показать окружающим
Для меня Индия всегда была страной счастливых людей. Или тех, кто умеет быть такими. Улыбки на 180 градусов и детская весёлость подкупают. Если приезжаешь на пару недель потусить, то кажется, что все вокруг слегка обдолбанные.
Один турист, глядя на толпу купающихся индусов, мрачно процедил: «Сидят в говне и довольные». Ему было очень обидно, что кто-то может быть доволен в мутном пруду с пиявками, когда он в бизнес-классе не выспался.
Местная атмосфера вводит в заблуждение. Индия — цирк на колёсиках. С музыкой на разрыв барабанки в три часа ночи. С уборщицами в золотых украшениях. С буйством красок и чувств. Все вокруг улыбаются, смеются и радуются жизни.
А потом к ощущенческой какафонии привыкаешь. И кажется, что люди вокруг нарядились на маскарад. Потом шоу закончится и все пойдут домой. Жить обыденностью и своими проблемами.
Они не всегда счастливы. Они же не сумасшедшие. Здесь на правах юродивой белой женщины я могу задавать людям неприличные вопросы. Ну а чо. В этом сезоне мой фаворит: «Are you happy?»
Массажистке C. за 40, а у неё походка кокетливой студентки и волосы до попы. Вся такая кругленькая, улыбчивая. Когда никого нет рядом — поёт. Птичка райская просто.
А иногда она сидит, уставившись в одну точку. На лице не грусть, нет — жизнь. Жизнь с одним выходным в месяц и отпуском на пару недель. И так 12 лет подряд. С мужем они живут в разных городах, он иногда приезжает в гости.
С. говорит, что счастлива — когда есть работа. Когда её клиенты довольны. Когда они приезжают снова. Я спросила про детей. Их у неё нет. «Ноу проблем, ай адопт», — улыбнулась она на мой идиотский вопрос. Какой тут адопт, это не принято.
Ещё не принято жаловаться и ныть. Потому что уныние — грех. Плохо грешить «в собственной стране Бога» — так департамент по туризму называет Кералу.
Чтобы не грешить, нужно улыбаться.
За обедом Ш. накладывает себе риса с овощным карри. Мяса ему сейчас нельзя — больше месяца нужно поститься, потом он отправится в паломничество в храм, куда катается уже лет 20.
Я видела Ш. три года назад — был весёлый. Теперь весёлый и нервный. Заколебался на работе. «Когда мне тяжело — я улыбаюсь. Когда грустно — тоже. Ты думаешь, что я робот. Но мы многое прячем за улыбками».
«Он робот, — хихикает его коллега. — Потому что уже месяц постится и спит не с женой, а на улице».
Улыбаться в тотальное бессексье — это героизм. Но Ш. знает, что поедет в свой храм. Около месяца он проведёт в автобусах и дешёвых гостиницах вместе с толпой таких же паломников. Будет носить чёрную одежду и не мыться — такие традиции.
Делают ли деньги людей более счастливыми? К. уже полтора десятка лет управляет бизнесом. В одной и той же фирме, в одном и том же месте.
Не надоело, спрашиваю. «Нет», — смотрит он сквозь меня из-под век. Потом начинает говорить о своём месте в жизни каждого, долг перед обществом и прочее. Говорит долго и с выражением.
К. хороший руководитель, он умеет мотивировать, в его команде люди работают по много лет. Чуть было не замотивировал и меня.
Но я вовремя выдохнула и спросила, счастлив ли он здесь. К. помолчал и ответил: «Чтобы быть счастливым, нужно либо делать то, что любишь, либо любить то, что делаешь. Я выбрал второе».
И К. любит — на работе он проводит по 10–12 часов. Обедает или с клиентами, или у себя в кабинете перед компом. 95 процентов его поездок — деловые. Лучшая похвала от него — это замечание, что сотрудник поздно пообедал. Значит, много работал.
Улыбается он мало. По статусу не положено. Но когда это происходит, в улыбке что-то детское.
Индию ругают за грязь и горы мусора. Справедливо, конечно. Но в плане психогигиены тут лучше: никто не бросается к тебе со своим недовольством жизнью и претензиями. Люди как бы защищают посторонних с помощью улыбки от своих тараканов.
Ноу проблем.
Ульяна Махкамова
ShowGirls 