Многочасовые очереди в миграционный центр, курсы итальянского языка, оформление медицинского обслуживания – всё это было позже. Для начала нам с мужем предстояло разобраться с тем «бытовым адом», в который мы попали переехав в Италию. Скажу сразу, если бы не его сноровка, смекалка, изобретательность и умение в нужных ситуациях к мозговой деятельности подключать еще и руки, то я скорее всего плюнула на эту эмиграцию и уехала бы обратно в Москву.
Мы заехали в новый дом в январе. Обустроив спальни матрацами, на которых нам предстояло спать первое время, так как купить кровати в период длинных рождественско-новогодних каникул было невозможно и, поставив на стол, оставшийся от старых хозяев, чайник, мы зажили новой заграничной жизнью в предвкушении чего-то необычного. Сюрпризы повалились один за другим.
В первый же вечер я замерзла. Причем не где-нибудь, а в месте, в котором, по идее, надо бы греться, то есть в душе. Топчась в холодной ванне и ловя то одним плечом, то другим еле-еле теплые струйки воды, я никак не могла понять почему она не горячая. Привыкнув к тому, что в Москве из смесителя, вывернутого влево, льется самый настоящий кипяток, я недоумевала почему здесь этот принцип не работает и самая горячая температура, на которую я могла рассчитывать, была температура моего замёрзшего тела. Быстренько ополоснувшись и энергично растерев спину полотенцем, чтобы хоть как-то разогнать кровь, я надела толстый махровый халат, шерстяные гетры и спустилась к мужу.
– У нас нет горячей воды, — начала я.
– Не может быть. Котел работает. Я проверял. Это всё твои капризы. Я же помню, как в московской квартире ты устраивала самую что ни на есть турецкую баню. Зайти было невозможно после тебя, — лениво ответил супруг, не отвлекаясь от игры на айпаде.
– А, да. Ну иди попробуй помойся, — обиженно произнесла я и ушла спать.
Ночью меня разбудили странные звуки, доносившиеся с верхнего этажа. Поднявшись наверх я увидела мужа, нервно нажимающего на какие-то секретные кнопки отопительного агрегата. По его лицу мне сразу стало понятно, что занимался он этим уже довольно долго, но безуспешно.
– Ну что, решил помыться? – съехидничала я.
– Уйди, пожалуйста! – не глядя на меня буркнул супруг.
– Удачи! – улыбнулась я и пошла опять спать.
Всю следующую неделю он провел в маленькой уютной комнате под названием бойлерная, пытаясь наладить горячее водоснабжение. На седьмой день уже не осталось ни одной комбинации кнопок, которую бы он не набрал. Обессиленный, поверженный и уставший супруг решил все-таки вызвать мастера, который после беглого осмотра констатировал, что система работает исправно и налажена в соответствии со всеми европейскими нормативами и перепрограммировать ничего нельзя.
– Ах, вот в чем дело! – прямо при итальянце воскликнул муж по-русски. – Всё-всё извините за беспокойство, давайте я вас провожу, – заторопился супруг, подталкивая обескураженного мастера к выходу.
Как только за ним закрылась дверь муж помчался наверх.
– Соня, иди сюда, – позвал он мне. – Горячую воду мы сможем добыть здесь одним единственным способом, вытащив на время температурный датчик из бойлера. Котел «застрессует» и начнёт активнее греть воду, до наших, привычных нам, российских нормативов. Главное потом не забыть его вставить обратно в паз, чтобы вода не перегрелась.
– Гениально, дорогой, об этом ни один итальянец не додумался бы! – как ребенок радовалась я.
Следующим сюрпризом для нас стали итальянские рабочие, которые смонтировав в доме новую электрическую проводку, ушли, оставив её нам без единой розетки. Что было в их головах, когда они покидали строительный объект, мне до сих пор трудно представить. Зато я отчетливо помню тот незабываемый вечер, когда войдя на кухню после недельного отпуска и убедившись, что самым бесполезным предметом в доме на данный момент является электрический чайник, мы принялись всей семьей дружно разжигать во дворе мангал, чтобы вскипятить воду. Интересное ощущение, скажу я вам: электричество вроде бы есть, а воспользоваться им нет возможности. Как и с водой: вроде как есть, но только холодная. «Ну что будем делать? – спросила я в отчаянии мужа. – Рабочие, я так понимаю, уже не вернутся». «Ну что-что! — воскликнул муж. – Сейчас допью чай и пойду «работать» электриком. И он ушел…
На утро дом был электрифицирован, дети сыты, муж, конечно, не доволен. Но к моему счастью ему пришлось недолго наслаждаться своим состоянием, потому что в тот же день нам, наконец-то, привезли мебель: шкафы, тумбочки, кровати – ну, в общем, всё без чего трудно представить современный европейский дом. Мы уже давно мечтали о том, чтобы поскорее перебраться с пола на кровати, разобрать чемоданы и навести настоящий порядок. Поэтому когда сборщик мебели, сказал мне, что наша двуспальная кровать бракованная, так как в ней не хватает какого-то отверстия для того, чтобы вкрутить ножку, и её надо бы отвезти обратно поставщику, чтобы тот исправил дефект, я тут же сказала: «Не надо. Еще месяц на полу я не выдержу. Сейчас всё будет» и позвала мужа, который немного смутив мастера своим появлением с дрелью в руках, приступил к просверливанию. Где-то минут через двадцать, придя немного в себя от шока, итальянец продолжил работать, а заодно и благодарить Святую Мадонну за то, что та услышала его молитвы и теперь ему не нужно возвращаться на фабрику с нашей недоделанной кроватью и можно прямиком махнуть в бар.
«Синьора, как я рад за вас. Как рад! Честно скажу, я десять лет собираю мебель, но такое увидел впервые. У вас необыкновенный муж», — сказал он на прощанье, пожимая мне руку. «Ну что вы, разве этому стоит удивляться? Совершенно обычное дело. Ведь это же нормально, когда у мужчины в равной степени хорошо работают все части тела: и голова, и руки, ну и, конечно же, всё что ниже. И я счастлива, что у меня именно такой», — сказала я и закрыла за ним дверь.
ShowGirls 